Я, Бархатов Андрей, находящийся в настоящее время (март 2026г.) в Тель-Авиве, в статусе нового репатрианта, постараюсь объективно изложить основные события последних 4-х лет моей жизни, с февраля 2022г., как в России, так и, с ноября 2024, в Израиле.
Мне 60 лет, я родился в 1965г и прожил до отъезда в Израиль в г. Обнинске, 100км от Москвы в сторону Калуги. Мой отец и мама приехали, незадолго до моего рождения, в молодой город науки и были востребованы, как технические специалисты. Папа работал инженером, был изобретателем, в последнее время руководил небольшим творческим коллективом, занимавшимся автоматизацией тех. процессов. Мама преподавала в отраслевом ВУЗе, занималась так же общественной работой. Была 4 раза депутатом городского Совета. Ее работа в большом коллективе этого ВУЗа была оценена Гос. Премией. Мама была добрым, отзывчивым, ответственным и очень работящим человеком. Каждый сын должен хвалить свою мать, но я говорю об общем мнении о ней людей, ее окружавших.
Отец умер достаточно рано, в 2000г, и все последующие 20 с лишним лет, мы жили с мамой вдвоем, в скромной советской двухкомнатной квартире, жили душа в душу. Несмотря на мамин возраст, мы вместе путешествовали, были в Украине, в Белоруссии, я помогал маме на огороде (она была страстным садоводом), она любила готовить, коллекционировала альбомы по искусству, пробовала рисовать, жила полнокровной жизнью.
Политикой никто в семье не интересовался. Разговоры о политике Путина я старался с мамой не вести, так как ее все это очень эмоционально задевало и я боялся за ее здоровье.
Я продолжал жизненное дело родителей на инженерно-техническом поприще. Отучился в Москве, немного поработал в столице и вернулся в г. Обнинск. Все время, включая самые сложные годы Перестройки, работал исключительно на инженерных должностях, не в торговле или менеджменте, как многие в Перестройку. Сначала инженером-физиком, а потом, основную часть трудовой деятельности, программистом. В основном, работал в различных НИИ города на исследовательских проектах, хотя и чисто коммерческая работа тоже была. С государственными секретами никогда дела не имел, старался избегать закрытых тематик и не получать никаких секретных сведений.
Из-за того, что моя молодость пришлась на Перестройку, я интересовался политикой. Слушал Радио Свободу, потом Эхо Москвы, читал общественно-политическую литературу и благодаря таким политологам с Радио Свобода, ставшим известными в последнее время, как А.Пионтковский, В.Портников и др, научился довольно свободно разбираться в политике, во всяком случае, для обывателя.
Несмотря на интерес к общественно-политической информации, в силу характера и стиля жизни, я никогда не рассматривал политику как что-то, имеющее отношение к моей собственной жизни, так как считал себя скромным провинциальным инженером и готов был приспособиться и ужиться с любой властью. Никаким политическим активизмом не занимался, никого не агитировал, если высказывался откровенно, то в личных беседах или переписке с близкими друзьями, не на работе или в соц. сетях.
Единственный факт, который стоит упомянуть, мой разовый донат в 5 тыс. рублей (меньше 100$) фонду Навального, но на тот момент, такие переводы еще не преследовались законом.
С началом Русско-Украинской войны, зимой-весной 2022г, я регулярно писал комментарии под чужими видео в YouTube. Комментарии были достаточно сдержанные, я не ругал власть, а аргументировал миролюбивую политику быстрейшего окончания войны. Самый «смелый» комментарий был такой, - «Господа, вы что не понимаете, что вы будете отвечать за все?». Мне кажется, любой человек христианской культуры должен помнить об ответственности за убийство, независимо от мотивации и обстоятельств.
24 февраля 20022г, ФСБ получила, судя по всему, команду прессовать неблагонадежных по полной программе. Причем, была одобрена, в том числе, тактика террора — бессудного преследования и физической травли. Либеральная и оппозиционная элита Обнинска, в 50-60е годы прошлого века заметного интеллектуального центра, составляли люди «за 70», не слишком удобные мишени для травли ФСБ.
И ФСБ выбрала меня, Бархатова Андрея, в качестве «Обнинского секретного Навального». Понятно, что о мотивации этого решения я могу только догадываться, так как никогда официально не общался ни с одним фсбшником. Но в целом, выбор довольно точен, если нужна была легкая мишень, слабый, плохо укорененный в жизни, не имеющей серьезной поддержки ни в обществе, ни в профессиональной среде, одинокий, не готовый к серьезной борьбе человек, которого можно легко сломать. В тот момент ФСБ видимо нуждалась в таком объекте бессудной травли, которого легко отрезать от общества, который никому не нужен, не интересен, и на котором удобно тестировать новый, высокотехнологичный террор, к которому ФСБ, судя по всему, планирует переходить.
Я, а вернее, наша семья, я и моя мама, так как она бы меня поддерживала и ее авторитет в городе мог обеспечить мне хоть какую то защиту, оказались под прессом ФСБ. Началось все зимой-весной 2022г с достаточно простой технологии — травли инфразвуком. ФСБ поставило задачу своим агентам — не давать мне спать в любой локации, куда я мог убежать. Собственно, эта задача, но с использованием не только инфразвука, но и других технологий травли, решается ими в течении последних 4 лет в России и Израиле.
На тот момент, у меня было два спальных места: наша с мамой советская двухкомнатная квартира, на 4 этаже 9 этажного кирпичного дома, и моя маленькая ипотечная студия, без ремонта, в новом, цельнобетонном доме.
Инфразвуковая травля заключается в том, что в бетонной плите перекрытия, если это старый дом, или во всей цельнобетонной конструкции здания возбуждаются резонансные колебания низкой, ниже порога слышимости, частоты, которые воспринимаются, как болезненное давление на уши. Заснуть при таком давлении на барабанные перепонки невозможно. Чтобы организм хоть как то мог забыться на несколько часов, я купил самые мощные строительные наушника, дополнительно напихал в них вату, и надевал их на ночь, вставив предварительно затычки-беруши в уши. Только такая усиленная звукоизоляция органов слуха способна до некоторой степени заглушить очень мощное давление этих вполне примитивных и дешевых, не дороже обычных акустических динамиков, устройств.
Естественно, я писал жалобы в полицию, ходил жаловался по соседям, выяснял отношения и тд., но это никакого результата не приносило. Уже тогда, на первом этапе травли, я задавался вопросом, почему травля против меня производится так организованно, последовательно и с размахом, в обоих моих квартирах и в любой день. У меня были разные предположения, в том числе, я рассматривал и роль ФСБ, но мне казалось тогда, что это больше похоже на какую то криминальную группу, использующую ФСБ, как прикрытие.
Уже на этом раннем этапе, выяснились все основные принципы этой схемы бессудной травли. Ключевым исполнителем этой и всех последующих схем является ближайший сосед. В случае с маминой советской двушкой, это сосед сверху, так как бетонная плита потолка в моей комнате, это его пол. Я должен назвать имя этого человека, - это некто Сергей Трунов, подонок, сыгравший ключевую роль в травле меня и моей мамы.
В новом доме, где у меня была маленькая студия и где я потихоньку делал ремонт своими руками и иногда ночевал в спартанских условиях, инфразвуковые колебание распространяются по всему зданию. Моя студия находилась на 14 этаже, а источник инфразвука, как я установил в ходе многодневных, точнее многонощных поисков, находился на 10 этаже. Там ночевал агент, который и включал мне эту «музыку». Дом не был заселен, но если кто то и оставался случайно ночевать, то естественно, не мог спать и тоже ходил по лестничной клетке, вместе со мной выясняя, кто включает инфразвук.
В этом новом, и довольно престижном доме, ФСБ скупило для своих сотрудников под эту схему травли все соседние, рядом с моей, квартиры. Это еще одна мотивация для ФСБ заниматься такой травлей: не отправлять людей за решетку, на попечение ФСИН, а процессировать врагов режима самим, осуществляя большое количество логистических действий, снимая жилье, обеспечивая транспорт, командировки и тд., чтобы получать хорошие деньги на это.
Прошла весна 2022г, эти инфразвуковые пытки, видимо, не дали того результата, на который рассчитывали мои мучители, я не уехал из страны, не сошел с ума от отсутствия нормального сна, я просто терпел. И поняв, что инфразвука мне мало, чтобы приступить к следующему этапу, химической травле, им надо было устранить мою маму. И ФСБ отравили маму в начале лета.
В середине июня 2022г, придя с огорода, где мы продуктивно поработали (как это возможно для 83 летней женщины), мама почувствовала себя плохо. Это были симптомы отравления, - рвота, боль во всем ЖКТ и тд. Мы попробовали самолечение, мама не хотела в больницу, но таблетки не помогли и утром мы вызвали скорую. Отстояв многочасовую очередь в травматологии, нас направили в отделение к уже знакомому нам врачу, который помогал маме при приступах желчекаменной болезни.
Это врач, единственный специалист, который не вызывает у меня подозрения в работе на ФСБ, и благодаря ему, первая операция прошла успешно, если можно назвать успешной тяжелейшую полостную операцию под общим наркозом для женщины, страдающей множеством хронических заболеваний, сердце, артроз, желчный и тд. Правда, диагноз, который озвучивали медики, грыжа пищевода, никак не бился с симптомами и всем, что делали врачи, а врачи чистили, промывали ЖКТ и восстанавливали его функции. Но мне это было тогда не так важно, маму спасли, я заплатил, сколько надо, и отдал бы все, что ест, чтобы мама была здорова.
Маму выписали через 10 дней, и в ту же ночь, ее отравили повторно. Сергей Трунов, или его подельники, в заранее просверленное незаметное отверстие над маминой кроватью, просунули ночью трубочку, и прямо ей в рот, пока она спала, прыснули сильнодействующее вещество в виде аэрозоля. Я спал потом в этой комнате и видел, как ночью просовывается щуп. Все эти высокие фсбшные технологии - это просто соревнование в низости и подлости с нацистами и прочими извергами...
Пришедший на утро, по моей просьбе, врач, который ее оперировал, недоумевал, - «Я же все сделал, все было хорошо?» Легкие и другие органы оторвались от скелета, кроме того, опять были все признаки отравления (рвота, боль в желудке). Мне тоже довелось попробовать действие этого вещества, - челюстное сухожилие разорвалось мгновенно, как тоненькая ниточка. А что было бы, если бы мне дали дозу побольше?
Маму второй раз отвезли в то же отделение и вторично прооперировали ее под общим наркозом, вторично разрезав и зашив от «горла до пупка». И опять, никакого внятного диагноза, от чего лечили, так медицина и не сказала.
На этот раз, естественно, вторая полостная операция, 83 года, все было хуже, пошли осложнения. Я пытался договориться и перевести маму в хорошую клинику у нас в городе, где у меня были знакомые в начальстве, но они отказались ее взять, видимо уже поздно было. Мама, когда ее готовили ко второй операции, начала отказываться оперироваться, видимо, что то понимая женской интуицией. Она говорила, что ее зарежут. При этом, оставалась в боевом настроении, готова была бороться за жизнь, если не ради себя, то ради меня, боялась меня оставлять одного.
Но силы были не равны. В июле, ее, из реанимации в обнинской больнице, на скорой помощи, вечером в субботу, когда начальства нет, отправили в КОВИДный госпиталь в г. Калуге, причем не имея на руках диагноза КОВИД! Начальник смены скорой, которая ее должна была везти был в недоумении, как это вообще возможно?
Но я все еще надеялся на чудо. Она перенесла еще одно тяжелейшее испытание, поездку в реанимобиле за 100 км. В КОВИДном госпитале запрещены посещения, средств связи я дать ей не успел, разговаривать мне с мамой больше не пришлось. Ее последние слова, которые я услышал, когда скорая отправлялась в Калугу, были - «Ничего не бойся!». Мама, я пытаюсь все это время не бояться!
Через неделю ее не стало. В заключении о смерти написаны болезни, вызванные осложнением от 2х операций. Формулы использованных для убийства мамы веществ, к сожалению, остались в архивах ФСБ.
Главное препятствие, единственный мой самый близкий человек, было устранено, но ФСБ не спешило переходить к травле. Мне дали похоронить маму, видимо наблюдая, не умру ли я сам по себе, от горя. Но так как я не умер, сам по себе, ближе к 2023г, меня начали травить химией.
В отличии от инфразвука, который не может убить, химия еще как может. Поэтому, просто так терпеть, химическое воздействие, не получится. В основном, использовались газы и аэрозоли, хотя и традиционная потрава пищи, как в добрые старые времена, тоже против меня естественно использовалась.
Стоит еще раз подчеркнуть, в ФСБ существует четкая субординация: старшие офицеры принимают решение, отдают приказ, младшие чины — четко исполняют, не обсуждая разумность, оптимальность и прочее. На низшем уровне фсбшных исполнителей, никто не думает в терминах, в которых мы можем обсуждать мое дело. Было ли логичным производить все эти действия? Не было ли более эффективным и экономичным, просто ликвидировать меня любым из множества доступных ФСБ способов? Эти вопросы исполнители просто не имеют права задавать. Даже в армии больше возможностей для проявления инициативы. Недаром В.Портников сравнил фсбшников с роботами.
Зима 2022-2023гг выдалась для меня суетной, я пытался убежать от химической травли. Интенсивность травли заметно увеличилась, меня травили не только во время сна, но и днем, в городе, в транспорте, в общественных помещениях.
Это довольно интересное, высокотехнологичное и инновационное решение. Оно основано на эффекте накопления. Отравление малой концентрацией веществ, но непрерывно, в течении длительного времени, приводит к усталости организма от токсинов, каждая новая малая доза химии вызывает тошноту, слабость и страх не выдержать. Окружающие же люди, на которым может попадать отравляющий газ в малых концентрациях, не испытывая общей интоксикации, будут чувствовать только запах дешевой отдушки, которую добавляют для безопасности. Их имунная систем вполне справится и выведет из организма небольшие дозы яда.
И вот фсбшные агенты бегают вокруг с баллончиками разного размера, от размера банки пива, до размера громадной канистры, если надо накрыть большую площадь, как было в Рязани, на вокзале, куда я приехал к родственникам.
Рязанский вокзал - это была целая спец операция, с десятками, возможно до сотни агентов, с машиной ФСИН с нарядом из дюжины сторожевых собак и тд… Я бы с удовольствием чувствовал себя Хлестаковым, только такого даже Н.Гоголю не придумать! В здании вокзала работал ситуационный центр по травле объекта! Я видел в окно первого этажа, мужчин за мониторами. Они улыбались мне! И поглядывали на метео-карты приземного ветра и координаты сотрудников с громадными баллонами с химией, чтобы накрыть весь вокзал и привокзальную площадь отравляющим газом. Даром что ли я проработал 10 лет в метеорологической организации, занимающейся прогнозом атмосферных загрязнений, мне знакома эта технология! Меня от неминуемого падения спас грязный туалет поезда Рязань-Москва, в котором я заперся и провел все 4 часа дороги. Я вдыхал аромат давно не мытого железнодорожного туалета, как вдыхал бы аромат сада из роз, магнолий и других прекрасных южных ароматов.
Оказавшись в ситуации тотальной химической травли, я стал метаться между Обнинском, Москвой и Рязанью, где жили мои родственники. Но везде за мной шли агенты ФСБ с химической потравой, как будто я таракан или крыса.
Поэтому, весной 2023г, как только сошел снег, я решил перебраться в строение типа сарай, на нашем с мамой огороде. Это небольшое одноэтажное недостроенное строение мы начинали возводить еще с отцом, в Перестройку, но так тогда и не закончили, из за отсутствия денег, материалов и тд. Садовое товарищество, где был расположен наш огород, считается малопопулярным, так как его заливает каждую весну разлив реки и строить капитальное строение там — нет смысла, из за 2-3 метров половодья каждый год.
Я купил печь буржуйку, соорудил дымоход в крыше, и стал обживать это спартанское жилье, в котором предстояло провести полтора года, до отъезда в Израиль. Потребовалось много строительной работы, и в целом, жизнь очень усложняется, если надо думать о сухих дровах, отсутствии воды, туалета и тд.
Но ФСБ и в этом, Богом забытом садовом товариществе, не оставляло меня в покое, служба есть служба. Они сняли дом по соседству, и ночью, агент приходил с распылителем и поливал химией в заранее проковыренную дырочку. Я должен был уходить за едой и помыться, и не мог караулить огород постоянно. Естественно, я находил их схему и пытался закрыться, а они неутомимо изобретали новую.
В какой то момент, им надоела эта бессмысленная для них клоунада, ни заработать на садовых домиках, которые ничего не стоили, ни оформить командировки, ничего. Им надо было чистить проезд к своему домику от снега. В первый и последний раз, кто то чистил проезды в нашем обществе, где у нас 40 лет был этот огород!
И они решили меня выгонять из страны. Мне были отданы документы, которые я «потерял», а фактически, просто оставил агентам из наружного наблюдения, когда вышел погулять в Мещеру, на случайной станции, в одной из многочисленных поездок по маршруту Москва-Рязань. Тогда же, зимой, двоюродный брат уговорил меня обратиться в полицию, но документы мне тогда не отдали. Осенью 2023г они вдруг нашлись сами и мне их передал неизвестный, через приятеля. И я стал обдумывать возможный отъезд.
Я вспомнил, что моя бабушка, Гурвич (Иоффе) Анна Абрамовна, еврейка по Галахе, и я как внук (она папина мама), имею право попросить Израиль о репатриации. В конце сентября, за 2 недели до теракта, я оформил договор на поиск моей еврейской родословной с одной известной московской фирмой.
Фсбшники некоторое время решали, разрешать мне ехать в Израиль или нет. Видимо, им была бы удобнее Армения или Грузия. В этой фирме по архивному поиску документов на репатриацию у меня сменилось 4 менеджера, и даже, в определенный момент, главный менеджер сказал, что готов вернуть мне деньги. Но, так я бы остался на огороде, а это было видимо выгодно для меня, я мог выжить, так как был в своей среде, в городе, где прожил всю жизнь, многие меня знали, и хотя не могли серьезно помочь, все таки могли сочувствовать. В конце концов, «таможня дала добро» и я прошел собеседование и получил открытую визу в Израиль до середины ноября 2024г.
Мог ли я что то сделать в России? Добиться хотя бы какого то решения моего вопроса, которое бы устроило ФСБ, не уезжая из страны? Маловероятно. Я писал заявление в Генеральную Прокуратуру. Прокуроский чин в главной приемной страны, не удивляясь и не спрашивая ничего, просто поставил штампик на бумаге и ничего не сказал, понимая, что все бесполезно. Кстати, это заявление в Ген. Прокуратуру потом исчезло из моей банковской ячейки. Мне бы ничего не дали сделать, а если бы я злил фсбшников, просто били бы с «оттяжкой», а не просто так, как положено по службе.
До ноября я пытался продать мамину квартиру, так как ипотечную студию продал раньше. Но в отличии от студии, которая продалась без проблем, а иначе мне просто не на что было бы жить, так как с начала 2023г я не работал, ее я продать не сумел. Постоянно возникали проблемы, я снижал цену, до полумиллиона рублей ниже рынка, а покупателей не было. Когда же появился покупатель, он стал выдвигать какие то странные требования, совершенно не типичные в стандартной ситуации. Стало ясно что ФСБ не хочет, чтобы я получил эти деньги, и я написав доверенность на двоюродного брата, уехал в Израиль. Чтобы я не сомневался, меня пролили на дорожку ацетоном, или чем то очень едким, от чего козявки в носу стали кровавыми.
Я приехал в Израиль, как репатриант, фактически, обманув израильских чиновников и не рассказав о своих проблемах с ФСБ. Но ведь и я не знал, что в Израиле все продолжится, надеялся, что отмучился и меня ждет жизнь с чистого листа. Как сказал руководитель одного известного медиа в Тель Авиве, - «Ты привел сюда на хвосте фсбшников». Это не совсем так, фсбшников в Израиле и без меня хватало, причем на всех уровнях и во всех структурах. Но да, соглашусь с уважаемым и информированным человеком, я — стал некоторой проблемой для Израиля.
Я прилетел в Бен Гурион в начале ноября 2024г и решил осмотреться и понять, куда двигаться дальше. Пока я жил в гостинице, особой активности ФСБ не было, хотя какая то движуха намечалась, но я отбрасывал эти признаки. Но, как только я снял квартиру в Тель Авиве, сразу же оказалось, что эта схема с травлей через соседей — легко восстанавливается и в прекрасной правовой стране Израиль. Меня так же начали травить химией и инфразвуком через соседей сверху.
В первый день на квартире в Тель Авиве, я поднялся к соседке сверху, скорее всего она была русская, но отвечала по английски, и слезно попросил прекратить травить старого, настрадавшегося человека. Она посмеялась мне в лицо и следующую ночь продолжила пытку. Я ночью же поднялся и громко ударил ей в дверь, за дверью взвизгнули и затихли. Я вернулся к себе на первый этаж. Через какое то время приехала полиция. Ее вызвали соседи, не эта дама. Эта дама не вышла во двор к полиции, приехавшей под ее окна с сиреной и мигалкой. Так я понял, что это вся та же фсбшная агентура и у них есть приказ, - избегать полицейских разбирательств.
С тех пор, в любом снятом в Израиле жилье я один раз проверяю реакцию на конфликт моих оплачиваемых ФСБ палачей, иду на бытовой конфликт. В обычной ситуации, такая провокация автоматически приводит к вызову полицию. Агентура же, имея приказ избегать полицию, начинает использовать схемы давления через хозяев квартиры или просто не отвечает на мои провокации.
В моем первом в Израиле жилье, именно это и произошло. Утром(то есть, на третий день, после заселения) приехал хозяин квартиры и сказал, чтобы я выметался прямо сейчас. Мы пошли в банк, он вернул обратно уплаченные за 9 месяцев все мои привезенные деньги, удержав 2.5 тысячи шекилей комиссии. И выгнал меня в пятницу после обеда, на ночь глядя искать другое жилье.
Я решил удариться в бега, так как в любой сложной ситуации выбираю — бежать. Сначала я решил добраться до Хайфы, а там сориентироваться. Все это совпало с военной ситуацией и моим полным незнанием местных реалий, но как то, с большим трудом, я добрался до хостела в Хайфе.
Хостел в Хайфе оказался забит агентурой, как и сама Хайфа. И хотя город показалась симпатичным, я решил не останавливаться в нем, а поискать какую нибудь деревню с маленьким домиком, типа моего огородного сарая, чтобы там отсидеться.
Такой домик сдавался в деревушке Кела Алон, на Голанских высотах. В целом верная идея, была мной, как всегда, плохо реализована. Я не учел, что надо, чтобы не только строение было отдельным, но и весь периметр контролировался полностью мною. В Кела же, задняя часть домика выходила в огороженный внутренний соседский дворик, к которому я не имел доступа. Отсюда и происходила травля.
В Кела я прожил почти 3 зимних, самых холодных месяца, пытаясь найти какой то выход. Я ездил по всему северу, заходил в отделения полиции и оставлял жалобы на действия ФСБ. Посетил Кацрин, Кирьят-Шмону, Тверию, Цфат и Афулу. Везде у меня вежливо брали мою бумагу, но дочитав до аббревиатуры ФСБ, вдруг менялись в лице и говорили, что эту проблему будет решать русскоязычный полицейский, но его сейчас нет и тд… Потом, уже поняв, что этим ФСБ палит свою агентуру, с таким трудом внедренную в Израильскую полицию, они просто делали то же, что и чиновник Московской Ген. Прокуратуры, молча ставили штампик и прогоняли.
К слову, последний визит в Тель Авивскую полицию, в 2026г, и вообще напомнил мне мои визиты в Обнинскую полицию в 2022г. Меня попросили принести справку из психбольницы. Израильская девушка-следователь стыдливо отводила глаза, когда какой то русскоязычный полицейский, случайно оказавшийся рядом, объяснял мне, что жаловаться в полицию мне не стоит.
Израиль — небольшая страна и бегать здесь некуда. С другой стороны, я посмотрел Север, погулял по горам, подышал горным воздухом, полюбовался видом парящего сокола в прозрачном горном небе на фоне заката. Кроме того, на Голанах, где нет туристов и не так много русскоязычных, становится понятен масштаб проникновения ФСБ в израильскую жизнь. Одно дело нанять случайного русскоязычного в Тель Авиве выполнять агентурную работу, другое дело, найти ивритоизычную коренную семью с ребенком, как мои соседи в Кела, которая будет в полном составе, за исключением, я надеюсь, ребенка, выполнять различные поручения, от травли до наружного наблюдения.
Так как я полностью зависел от автобусного сообщения, фсбшники провели спецоперацию, чтобы максимально затруднить мне поездки на автобусе. Во первых, они стали управлять выдачей приложения Гугл-карта, которое дает автобусные маршруты к интересующему месту. Они стали менять номера маршрутов, и во многих случаях, скрывать само место. То же самое они делали и с некоторыми другими приложениями. Во-вторых, они научились брать с меня двойную цену за проезд. При приложении билета к терминалу, он списывал деньги, но не прописывал поездку, а выдавал ошибку. Когда я вторично прикладывал билет, он вторично списывал деньги. Все это видели водители автобусов, и возможно, некоторые из них, был в курсе этой схемы.
Я несколько раз ездил в Хайфу, в офис транспортной компании, жаловался. Мужчина, руководитель офиса, долго не мог понять, что происходит, несколько раз менял мне проездной, потом даже один раз вернул деньги за одну поездку, хотя там было несколько десятков таких случаев и все они были в его компьютере.
Привожу подробно эту спецоперацию ФСБ, не потому, что она нанесла сильный урон мне, я в конце концов, привык к этим неудобствам. Это показывает, насколько ФСБ вовлечена в мою историю и не жалеет сил на то, чтобы измотать меня, даже в не столь важном вопросе, как автобусное передвижение. Я понял, что мне надо возвращаться в центр страны, так как Голаны— это не решение проблемы и вернулся в Тель Авив.
Тель Авив — самый красивый город, после моего родного Обнинска! Но первое время, фсбшники был очень недовольны, что я вернулся в центр и могу ходить жаловаться по инстанциям, хотя я, как всегда, не делал этого, надеясь на то, что «само пройдет».
Я вернулся в Тель Авив в середине февраля 2025г, снял маленькую комнатку в очень бюджетном доме, на улице ХаАлийя. Естественно, вместе со мной, появился агент, сосед сверху, который стал подтравливать меня газом. Как обычно, по городу шла очень плотная наружка. Я стал замечать в наружном наблюдении, знакомые по Голанам лица и даже, фсбшника из Обнинска.
Чтобы хоть как минимизировать газовое отравление, я приспособился спать под постоянным обдувом вентилятора. При этом, входную дверь в эту маленькую квартирку оставлял открытой, чтобы газ выдувался на лестничную клетку. Фсбшники, соответственно, не могли слишком сильно меня травить, так как тогда концентрация их газа на лестничной клетке стала бы заметной. В России они бы не очень об этом беспокоились, но в Израиле это сработало.
После нескольких неудачных попыток пожаловаться, я перестал ходить по инстанциям. Стало ясно, что мой первоначальный план, достучаться до Шабак, чтобы он занялся моей проблемой — не работает. Шабак уже был в курсе всего, но имел с ФСБ какие то договоренности и работал, в том числе, и против меня, когда Шабаку нужно было выполнять просьбы фсбшников. Шабак, видимо, не может запретить жаловаться в Гос. органы Израиля, но там, где есть охрана, может приказать охране просто меня не впускать. Кроме того, чиновники различных Гос. органов часто прямо говорят от имени ФСБ, то есть, эта позиция согласована с Шабак.
Так, Заместитель Начальника тельавивского офиса Министерства Алии и Абсорбции по безопасности, настойчиво предлагал пройти освидетельствование по моему психическому здоровью. Это прямо под кальку, сценарий ФСБ! Почему Израильское министерство, которое должно заниматься интеграцией новых репатриантов в общество, помогать начинать работать на благо страны, настойчиво, если не сказать навязчиво, предлагает посадить репатрианта на инвалидность (отдельный вопрос, что это бы вряд ли случилось, но у ФСБ была бы отмазка, что какой то псих ходит жалуется, вот и к медикам обращался). Этот немудреный схематоз — это то, как ФСБ плетет свои шпионские сети в Израиле.
Я прожил на ХаАлия 4 месяца весны-лета 2025г, не работая, занимаясь прогулками по прекрасному Тель Авиву. В начале лета, в Тель Авив прилетел мой двоюродный брат, с женой и ребенком. Он привез деньги, за проданную для меня, квартиру. Стало полегче с деньгами и я решил снять жилье на год.
Первая попытка была снять что то типа отдельного строения. Я нашел такое в Нетании, позвонил и поехал. И нарвался на спецоперацию в полный рост. Сначала хозяин перестал отвечать на звонки и я с трудом нашел адрес, хотя мы договорились, что я еду. Потом, после целого дня ожидания, я наконец оплатил договор и получил ключи. Но оказалось вдруг, что соседнее нежилое помещение, какую то мастерскую, вдруг занял родственник хозяина, который и стал меня травить. Все эти люди — это ивритоязычные коренные граждане, не какие то случайные люди. Когда я попытался выяснять отношения с этим молодым человеком, хозяин стал нас разнимать, а не звонить в полицию. Тогда я попросил возможность лечь спать в саду, на каком то сломанном шезлонге, где и провел ночь. На утро, поняв, что схема травли является проблематичной, хозяина вынудили вернуть мне деньги и расторгнуть договор. ФСБ не пожалело денег и усилий, чтобы не дать мне уйти от ежедневной газовой травли.
Следующая моя резиденция, и пока последняя, лофт на третьем (последнем) этаже с большим балконом в ХаТиква. Оказалось, что отсутствие соседа сверху не является препятствием для организации химической травли, которая и происходит с середины лета 2025г, по сегодняшний день.
Видимо, мой ранг, как объекта травли, в ФСБ сейчас поднялся до максимума. Ко мне применяют самые продвинутые технологии, типа электро-магнитных пушек, которыми фсбшники расстреливали мне голову, что приводило к эффекту нокдауна, головокружению и головным болям.
Один раз, когда я шел в Фонд Занятости(Тасуку), который находится в том же здании, что и МВД, фсбшники подумали, что я иду жаловаться в МВД и выстрелили мне из электромагнитной пушки в колено.
Мне 60 лет. 4 года я живу в постоянном стрессе, моя имунная система, сердце, почки, печень, постоянно борются с токсинами, которыми меня поливают фсбшники. На мне опробируют все самые изощренные схемы технологии травли.
Молюсь Богу, чтобы это все когда то кончилось.